Выход с последствиями
logo

Экономика

Выход с последствиями

Илья АВЕРИН, фото автора

Глава государства анонсировал поэтапное снятие ограничительных мер, связанных с распространением коронавируса. Президент подчеркнул, что процесс этот будет проходить постепенно с соблюдением всех необходимых мер безопасности и санитарных норм.

Что нас ждет на практике и в каком состоянии окажется экономика? Как изменится малый и средний бизнес после снятия ограничений и как ему преодолеть кризис?

Своим мнением на этот счет поделился председатель Хабаровского регионального отделения общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России» Сергей Мазунин.

— Сергей Николаевич, как вы оцениваете сегодня состояние местного бизнеса в целом? Какие настроения у предпринимателей, к чему они готовятся?

— Ситуацию в регионе нельзя рассматривать отдельно от страны. Правительство определило 11 наиболее пострадавших отраслей. Конечно, они актуальны и для Хабаровского края, города Хабаровска: общепит, туристические компании, гостиницы, фитнес и т.д. В условиях ограничений эти сферы понесли наибольшие потери. И здесь бизнес проявил определенную гибкость. К примеру, непродуктовый ритейл начал вводить в ассортимент товары первой необходимости, которыми ранее не торговал: маски, дезинфицирующие средства и т.д. Это дало возможность продолжить деятельность.

Вообще, этот кризис связан с форс-мажором, хотя не все субъекты признали его таковым, в том числе и Хабаровский край. Мы вносили предложение губернатору ввести на территории региона действия неопределенной силы как форс-мажорные обстоятельства. Это нужно, в частности, для того, чтобы потом бизнесу было проще доказывать, что он не смог исполнить договорные обязательства по объективным, независящим от него причинам.

Сделано этого не было, а поэтому предпринимателю по каждой сделке придется идти в торгово-промышленную палату, брать там справки и в судебном порядке доказывать, что он не работал и потому не смог исполнить обязательства по договору. Понятно, что в части государственных и муниципальных контрактов будет проще. Но взаимоотношения между контрагентами — тут, конечно, ситуация непростая.

— Каков ваш общий прогноз относительно состояния бизнеса после коронакризиса?

— То, что откроются далеко не все, мы прекрасно понимаем. Кто-то обанкротится и не сможет восстановиться. У кого есть возможность, будут открывать новое юрлицо, оформлять арендные отношения и начинать все с чистого листа.

Нынешний кризис — это своего рода тест на прочность, насколько та или иная бизнес-модель оказалась жизнеспособной. Те, кто не выдержит проверку, безусловно, будут пересматривать стратегии ведения бизнеса.

— В какую сторону?

— Мы видим, что дистанционная работа дала толчок для развития онлайн-форматов: торговля, оказание услуг, обучение и многое другое. Режим самоизоляции стал катализатором к еще более глубокой цифровизации. Конечно, на этом фоне рынок будет перераспределяться, сегментироваться по-другому. Даже на своем опыте могу сказать, что, например, проводить совещания в режиме онлайн оказалось быстрее и проще.

— Как все это повлияет на рынок труда?

— Самым непосредственным образом. Я бы даже сказал, что можно говорить о новых профессиях. У меня ребенок ходит в школу программистов, и этот тренд все глубже внедряется во все сферы, в том числе и в бизнес. Будут перестраиваться маркетинговые каналы, способы донесения информации, продвижения, рекламы. Меняются подходы к привлечению наемного труда. Сегодня мы знаем, что те же программисты могут работать практически из любой точки мира. Происходит такая международная кооперация без границ. Эти тенденции лишь усилятся.

Конечно, необходим баланс. С одной стороны, нам не хватает местных квалифицированных специалистов, и мы можем привлекать их с других территорий. Но в то же время может усилиться безработица. И тут власти необходимо брать на себя социальную нагрузку, заниматься переквалификацией, обучением, чтобы люди могли найти работу с учетом изменения структуры рынка.

Время пришло?

— Когда, на ваш взгляд, пора снимать введенные ограничения?

— Безусловно, необходимость дать людям возможность работать, восстанавливать экономику очевидна. Все устали, в том числе и в психологическом плане. Но в то же время мы понимаем, что спешить нельзя, чтобы не было нового всплеска заболеваемости. Федеральный центр дал методические рекомендации по выходу из режима самоизоляции в три этапа. В какие конкретно даты это произойдет, каждый субъект определяет самостоятельно.

Сегодня власть понимает, что бизнесу тяжело, но и открыть все — это большая ответственность. Поэтому из двух зол выбирается наименьшее. Во главу угла ставится здоровье и жизнь людей.

— В этих условиях бизнесу не выжить без мер поддержки государства. Как вы оцениваете их эффективность?

— Я получаю обратную связь на этот счет и в соцсетях, и от членов нашей организации. Да, определенный скептицизм по этому поводу у предпринимателей присутствует. Но с чем он связан? Как я уже говорил, определены 11 наиболее пострадавших отраслей. Весь спектр мер в основном направлен на них. Но есть отрасли, которые не попали в заветный список, тем не менее в период самоизоляции они также не работали. Здесь опять же принимаются решения на уровне региона. Например, в Амурской области, насколько я знаю, если предпринимателю запрещено работать, он автоматически относится к пострадавшим и может рассчитывать на меры поддержки. Это один момент.

Второе — вопрос правоприменения. Возьмем ситуацию с ОКВЭДами. Для получения помощи соответствующий ОКВЭД у предприятия должен быть основным. Хотя сегодня уже подход меняется в сторону того, что он просто может находиться в перечне компании, и в таком случае предприниматель тоже имеет право на получение помощи. То есть идет постоянная донастройка мер поддержки.

Кстати, наша позиция такова, что признавать пострадавшими надо не только по ОКВЭДам, но и вообще всех, у кого снижение доходности составило 30-50 процентов. Мы озвучили соответствующую инициативу на федеральном уровне.

— А как отследить реальное снижение прибыли у предпринимателя?

— Это можно увидеть по контрольно-кассовой технике, движению по расчетному счету. Можно все объективно посмотреть и доказать.

Глубинный эффект

— Хорошо, давайте более подробно остановимся на мерах поддержки бизнеса. Насколько они способны нивелировать негативные последствия?

— Сказать, что эти меры исчерпывающие, сложно, потому что никто до конца не понимает глубины экономических последствий. Все зависит от того, как долго мы стоим. Условно, еще один месяц — 10 процентов компаний не выйдет на рынок, два месяца — 20 процентов и т.д. И чтобы восстановить покупательскую способность, государству необходимо стимулировать муниципальный и государственный заказ, особенно в крупных инфраструктурных проектах. К слову, недавно принят нормативный правовой акт о том, что по таким контрактам нужно авансировать предпринимателей на 50 процентов.

Другой вопрос, как это все будет происходить. Падение доходности бюджета прогнозируется на уровне 30 процентов. А за счет чего тогда обеспечить реализацию крупных проектов? Будут пересматриваться планы развития, или придут федеральные вливания?

Регион и муниципалитет только своими силами ситуацию не вытянут. Надежда на федеральный центр, Фонд национального благосостояния, из которого необходимо компенсировать выпадающие доходы бюджетов после оказания помощи бизнесу. Иного пути нет.

— В Хабаровске на уровне администрации создан ситуационный центр по мониторингу бизнеса в условиях пандемии. Как вы оцениваете его деятельность?

— На мой взгляд, выстроена конструктивная работа. Предпринимательское сообщество выходит с теми или иными предложениями, проходит неделя, и нас информируют о том, что и как сделано. Идет открытый диалог, нет кулуарных решений. Это большое дело, особенно в такое непростое время. Все меры поддержки, как прямые, так и косвенные, выверяются при участии делового сообщества, вырабатываются критерии, подходы. То есть власть работает в системе координат, которая создана совместно с предпринимателями.

На уровне города уже приняты решения о снижении ставок арендной платы по муниципальному имуществу и имуществу АО «ЦИТ», послаблений в части земельного налога, ЕНВД и т.д. Общий объем помощи оценивается в 200 млн руб. Это хорошо. Однако если ограничительные меры будут продлены, этого может оказаться недостаточно, и тогда, возможно, придется еще корректировать.

И здесь как раз проявляется сила деловых объединений. Власть не может выслушивать каждого предпринимателя отдельно. Для этого есть общественные организации, которые доносят коллективные мнения. Кто сегодня более организован, тот и будет услышан в большей степени.