Драматическая героиня

Часть первая

О жизни основательницы первого в Хабаровске профессионального театра мы знаем мало. Мария Нинина-Петипа сначала была знаменита как актриса, затем заправляла сразу несколькими театрами в разных концах страны, а еще открыла миру Александра Вертинского. Но ни дат жизни, ни нормального фото до сих пор не было. Пока однажды не обнаружился снимок.

За ним, конечно, оказалась жизнь, в которой сплелись драматичные разлуки и неожиданные приключения, успех и война, напряженные романы и даже убийство. Ведь часто чем масштабнее личность, тем сильнее колебания судьбы…

Начало. Нина

Старинное фото хранится в фондах Санкт-Петербургского музея театрального и музыкального искусства. В кадре молодая женщина с гордым орлиным профилем и в пышной шляпе, развернутая в три четверти, смотрит куда-то вдаль. Датировано оно расплывчато: «Конец XIX века».

По информации театроведа Анны Шавгаровой, на Дальнем Востоке о Марии Нининой-Петипа ― незаконнорожденной внучке известного на всю империю балетмейстера Мариуса Петипа ― впервые упомянули в 1897 году: она дебютировала в труппе П.С. Станиславской в Благовещенске. Однако тогда, если верить биографам, ей было уже как минимум 29 лет. На снимке она явно моложе, да и место от нас, прямо скажем, далековато: фото сделано в Одессе.

Кажется, где-то там и началась выдающаяся театральная история Марии Николаевны (или Мариусовны, но мы будем звать ее по официальному отчеству). И она тесно связана с антрепренером Константином Лелевым ― ее первым мужем. В жизни он, правда, носил фамилию Вучетич ― люди искусства всегда любили звучные псевдонимы.

Именно в Одессе 19 октября 1886 года у Марии и Константина появилась дочка Нина (с ее именем некоторые связывают псевдоним уже самой актрисы ― Нинина). К слову, будущей международной театральной звезде тогда едва исполнилось 18 лет.

Рождение дочки подтверждает найденная запись в метрической книге местного собора, а то, что Нинина-Петипа была замужем за Лелевым-Вучетичем и одновременно играла в его труппе, ― мемуары киевского адвоката и театрала Сергея Ярона. Вучетич был его университетским товарищем.

«До 1890 г. я Лелева не встречал, но слышал, что он занялся антрепризой в маленьких городах, а в 1886—87 г. антрепренерствовал даже в Одессе», ― писал Ярон.

Из этого же текста мы узнаем, что вскоре Лелев тяжело заболел:

«В 1890 г., проездом через г. Чернигов, я узнал, что антрепренером городского театра состоит Лелев. Я отправился в театр и после первого акта зашел в уборную Лелева. Он лежал на диване, тяжело дышал и еле говорил. Я тогда же понял, что он серьезно болен, и удивился, как человек при таком состоянии здоровья может нести на себе весь репертуар и при этом режиссерствовать. Здесь же в уборной он познакомил меня с своей женой Нининой, занимавшей амплуа ingenue comique».

Разрыв и бегство на восток

Судя по воспоминаниям Ярона, брак Лелева и Нининой-Петипа оказался не слишком счастливым:

«Летом того же года Лелев переехал в Киев, где жил в «Райгородке» для поправления здоровья своего ребенка, которого он безумно любил. Я посетил его в «Райгородке», где наткнулся на следующую поразившую меня картину: по саду бегала маленькая девочка, а Лелев ее догонял, причем после каждых десяти шагов он останавливался, сильно задыхаясь… После первых же приветствий я заметил, что отношения Нининой к Лелеву крайне враждебны. Долго оставаться там я не мог и уехал, предавшись мечтам о превратностях судьбы».

Разрыв, судя по всему, произошел в 1893-м, и адвокат-мемуарист явно осуждал молодую актрису за это решение:

«В 1892 г. был в Одессе, где узнал, что Лелев очень плох, что у него чахотка... Еще через год я узнал, что жена Лелева его оставила в беспомощном состоянии, а сама направилась с какой-то труппой в Сибирь вольной пташкой».

К сожалению, из записок неясно, что послужило причиной разлада и был ли повод исключительно личным. Однако Ярон писал про актрису как про «инженю комик» ― исполнительницу несложных ролей смешных простушек. А ведь сегодня мы знаем ее как прекрасную драматическую героиню, способную без вопросов справиться, например, с Катериной в «Грозе» Островского. Не вышло ли так, что таланту девушки просто не давали развернуться?

В любом случае отъезд Марии Николаевны получился напряженным: муж никак не отдавал ей маленькую Нину.

«Лелев умер в Одессе, куда и прибыла сестра его, принявшая на себя заботу о несчастном ребенке, которого Лелев до того любил, что, несмотря на все просьбы матери, не желал ей отдать. Уже после смерти Лелева Нинина взяла к себе ребенка», ― упоминал Сергей Ярон.

Итак, 25-летняя Мария, порвав с больным мужем, отчаянно устремляется на восток. До ее появления на благовещенских подмостках еще больше четырех лет. Где же она была?

Сибирь и собственная труппа

Сведения об этом тоже нашлись, но уже в архивах Красноярского краеведческого музея (ККМ). Судя по афише, которая там хранится, 21 сентября 1893 года Нинина-Петипа дебютировала в комедии «Перемелется ― мука будет» в Красноярском городском театре. Уже в октябре у артистки был там бенефис, и затем она весь 1894-й оставалась в городе с труппой драматических и опереточных артистов Мирона Васильева.

И вот тут мы, похоже, находим подтверждение карьерной версии «разворота на восток». Местный театр, конечно, был невелик: вмещал до 300 человек, и многие приходили туда со своими стульями. Зато Нинину-Петипа Васильев сразу представил публике как примадонну ― по крайней мере, так пишет научная сотрудница ККМ Тамара Комарова. Хотя серьезных ролей пока не хватало — в основном водевили, цыганские песни и живые картины.

В общем, случились как минимум два успешных театральных сезона в Красноярске. После, видимо, труппу ждали гастроли глубже в Сибири, а где-то к 1896-му ― объединение с «Товариществом драматических и оперных артистов». К тому времени оно больше двух лет успешно выступало в Приамурье и Приморье, в 1894-м рискнув провести первый театральный сезон в истории Хабаровска. Управляли коллективом Владимир Тальзатти и Мария Кнауф-Каминская, а после отъезда последней — как раз та самая П. Станиславская, у которой, по свидетельствам, и дебютировала наша героиня.

В итоге Мирон Васильев стал режиссером товарищества, а Мария Нинина-Петипа влилась в труппу уже как сложившаяся артистка. Затем — примерно три года триумфальных выступлений в Благовещенске, Владивостоке и других городах, почет, слава и восторженные отзывы. А к 1899 году Дальний Восток покинула и Станиславская. Так у Марии Николаевны появилась своя труппа.

Кстати, хабаровская пресса, однажды узнав харизматичную актрису, не уставала нахваливать ее работу.

«Впечатление, которое мы получили от ее игры, ... вполне оправдало лестные отзывы, — писали «Приамурские ведомости» 5 сентября 1899-го о спектаклях труппы на сельскохозяйственной и промышленной выставке, — и нам стали понятны те симпатии, которые г-жа Нинина-Петипа заслужила как во Владивостоке, так и в Благовещенске. Добросовестное, вдумчивое отношение к ролям, прекрасная, выигрышная для сцены наружность и талантливое, умелое исполнение делают ее игру привлекательной».

«Дружные аплодисменты, которые выпадают на долю г-жи Нининой-Петипа и других артистов при представлении «Родины» Зудермана и «Дочери века» Сумбатова, свидетельствуют, что серьезная драма, хорошо исполненная, может иметь у нас полный успех», — отмечал в том же году другой местный рецензент.

«Эта артистка настолько крупная величина для хабаровской сцены , что ее игра окончательно затмила игру других артистов, участвующих в спектакле «Медея», — а это «Приамурские ведомости» уже в 1901-м.

Владивосток. Война. Огонь

Еще больше любил ее соседний Владивосток. Именно она солировала 1 июля 1899-го на открытии респектабельного театрального зала «Тихий океан» — и не где-нибудь, а в опере «Чародейка»!

Там же в июне 1903 года она открыла свой первый театр — общедоступный, то есть с дешевыми билетами, которые могла позволить себе простая публика. Исследователи отмечали, что ей удалось собрать сильную драматическую труппу и воплотить на провинциальной сцене лучшие образцы театральной классики. Среди них, к примеру, «Тартюф» Мольера, «Коварство и любовь» и «Мария Стюарт» Шиллера, «Ревизор» Гоголя, «Волки и овцы» и «Доходное место» Островского, «Дядя Ваня» и «Иванов» Чехова и другие. «Труппой Общедоступного театра во Владивостоке были впервые поставлены «На дне» и «Мещане» Горького», — пишет профессор ДВО РАН Людмила Галлямова.

Также она пригласила на главные женские роли вторую актрису — О.В. Рахманову. Это было новаторством — обычно лавры примы никто делить не хотел. Сообщество признало передовое влияние Московского художественного театра — Мария Николаевна неустанно держала руку на пульсе самых современных веяний.

В 1904-м грянула Русско-японская война, во Владивостоке началась эвакуация, но часть труппы Нининой-Петипа осталась в городе. Руководительница продолжала выходить на сцену вместе с артистами дважды в неделю, а немногочисленная оставшаяся публика охотно смотрела спектакли.

В 1905-м Мария Николаевна передала свой театр антрепренеру А.Н. Соломину, оставшись в доле, но без нее творческое детище прожило недолго. Во время погрома Владивостока 30—31 октября в здании театра случился пожар. Оно уцелело (мы видим его на фото из музея «Владивостокская крепость»), но в огне погибло все имущество подчистую.

Сдалась ли она тогда? О, нет!

Продолжение читайте в следующих номерах «Хабаровских вестей».