Восточный «экспресс»

 Полузащитника «СКА-Хабаровска» Максима Казанкова болельщики любят за то, что он всегда, как локомотив, рвется к чужим воротам. Мы поговорили с ним о тяжелой доле штатного пенальтиста, оскорблениях и матерных словах, и даже о восточных женщинах.

От свистка до свистка

- Ты один из тех футболистов, кто выводит на поле команду с капитанской повязкой. Как происходит назначение капитана?

- Его определяет главный тренер. Сергей Передня назначил капитаном Дениса Дедечко, Вадим Евсеев доверил повязку Павлу Карасеву, а Алексей Поддубский - Владу Никифорову. Меня выбрали заместителем капитана.

- Объявляют заранее, кто будет выводить команду?

- Вариантов всего два, но кто-то из нас может не попасть в основной состав. Мы заходим перед игрой в раздевалку, висит форма, и возле чьей-то лежит капитанская повязка. Если происходит замена, она передается Павлу Карасеву или Ивану Хомухе. 

- В этом сезоне ты провел 27 матчей, в 12 был заменен, в восьми выходил на замену. То есть от свистка до свистка у тебя всего 8 игр. Что с тобой не так?

- Все со мной так. Бывает, что команда играет очень активно и устаешь к концу игры. А темп высокий поддерживать надо.  А порой хорошо себя чувствуешь, но тренер решил поменять тактический рисунок. Как правило, я ничего не имею против замены, но иногда мысленно не соглашаюсь с этим.

- Судя по тому, насколько ты эмоционален на поле, дается тебе это очень нелегко. Тренеры персонально общаются с тобой по поводу эмоций?

- Когда я был молодой, у меня на самом деле было много карточек за неспортивное поведение. Сейчас научился сдерживаться. Если у меня уже есть желтая, Николаевич (главный тренер Алексей Поддубский. – Прим. авт.) подходит перед матчем: «Максим, ты висишь на карточке». Он понимает, что такой я человек – восточный и эмоциональный. Если эмоции закончатся, надо уходить из футбола.

- Помимо заместителя капитана ты еще и штатный пенальтист команды. Есть своя методика или ждешь, куда будет падать вратарь?

- Есть свой способ, но я его не расскажу. Наши вратари знают мой секрет, но на тренировке не всегда могут отразить.

- Кому из вратарей мечтал бы забить с пенальти?

- Наверное, Буффону.

- В этом году в футболе вводятся новые правила. Одно из них запрещает добивать мяч после исполнения одиннадцатиметрового удара. Твое отношение к этому?

- Серьезно? Это неправильно. Пенальти – это такой же штрафной удар. Если вратарь отбил мяч, можно забивать.

- Еще одно нововведение – игрок, которого заменяют, должен покинуть поле через ближайшую бровку.

- Борются с футбольными хитростями. Так всегда было: если я играю на ближней бровке, мне тренер говорит, что будут сейчас менять. Надо убежать подальше от скамейки запасных, чтобы потом вернуться спокойным шагом. При счете 1:0 и нескольких минутах до конца матча 30-40 выигранных секунд многое значат.

Мне один из моих первых тренеров рассказывал, что они выходили на поле с булавочками. Если надо отвлечь соперника, например, при подаче углового, уколол защитника, и пока он по сторонам смотрит, завладел мячом.

- Все атакующие футболисты для меня делятся на две группы: те, кто, получив по ногам, громко матерится, и те, кто сдерживается. Ты к какой группе относишься?

- К обеим, наверное. Зависит от момента. Бывает, так въедут в ногу, что слова нецензурные сами вырываются. Но удается и сдерживаться.

- Ты играешь под седьмым номером, который очень популярен у футболистов. Роналду, Мбаппе, Гризманн и многие другие. Почему «семерка»?

- Мне очень нравится «десятка», но на него еще больший спрос, чем на седьмой. У нас Владик Никифоров под ним играет и мне совесть не позволит «десятку» у него просить.

- Предлагал купить?

Предлагал, но он не соглашается. Седьмой номер я взял в первой своей российской команде – в «Газовике» из Оренбурга. Хороший получился сезон, решил его больше не менять. К тому же мой старший сын Руслан родился 7 ноября. Когда пришел в СКА, седьмой номер был у Кацаева, а десятый у Никифорова. Что делать? Взял себе 87.

- А Алан когда родился?

 - 8 марта. Понял намек – в номере 87 есть и «семерка» и «восьмерка», но я уже вернул себе прежний.

 

Натурализованный футболист

- Ты родился в Ашхабаде Туркменской ССР, так?

- Так, и гражданство у меня было туркменское. Но когда пришло время получать паспорт, старший брат сказал, что можно оформить российское гражданство по отцу. Я так и сделал.

- Но я слышал, что у тебя были какие-то проблемы с гражданством.

- В Узбекистане, куда я поехал играть, имеется система легионеров «3+1». То есть команда может взять в состав четвертого иностранца, но он должен быть азиатом. Европейца нельзя, бразильца нельзя, а туркмена можно. И мне сказали, что если есть туркменский паспорт, то меня могут заявить по нему как азиатского футболиста.  

- Мы сейчас никакие миграционные махинации не раскрываем?

- Двойное гражданство – это законно. Потом приехал играть в Россию, долго не находил команду, потому что считался легионером и не мог выступать в некоторых лигах. Пришлось доказывать, что никогда не играл за сборную Туркменистана.

- То есть, тебя можно назвать натурализованным футболистом?

- Думаю, что можно.

- Твой отец – известный в Туркменистане футболист и тренер. В такой семье можно стать не футболистом?

- Наверное, нет. В моем детстве мы практически жили на улице. А так как отец был тренером, в нашей квартире было много футбольных мячей, которые являлись единственными игрушками для меня и двух братьев. Со временем так увлеклись футболом, что отец нас наказывал, запрещая играть с мячом.

- Сейчас отец следит за твоими успехами?

- Он тренирует детей в Краснодаре, и мы часто созваниваемся или по видеосвязи общаемся. Он перестал меня ругать, чаще всего просто обсуждаем мою игру.

- На Дальний Восток ты приехал в 2015 году и сразу с семьей?

- Я подписал контракт с «Лучом», но прилетел один, нашел жилье, обжился, а потом позвал жену Гульнару с сыном Русланом.

- Легко согласились на переезд?

- Проблем с этим не было, а вот с билетами были. Летом все хотят на море. Еле купили! И вот ко мне летят жена с сыном, а мы в этот день вылетаем на Сахалин играть на кубок. Их самолет приземлился, я ей звоню и говорю: «Видишь самолет справа? Там я. Увидимся через два дня».

- Заранее извиняюсь, но спрошу. Судя по имени, жена у тебя – женщина восточная.

Гульнара - чистокровная туркменка.

- Но я слышал, что в восточных семьях, как бы это мягче сказать…

- Не принято советоваться с женщинами? Я и не советуюсь. Я решаю в семье абсолютно все, и окончательное решение остается за мной. Но мнение спросить у семьи я обязан.

- И как это происходит?

- Спрашиваю: «Поедем жить во Владивосток?». Отвечает, что не знает, где это, но поедем. «Я тебе покупаю билет». «Хорошо». Мнение спросил, решение принял.

- У Руслана есть задатки футболиста?

- Пока не могу сказать. Футболом занимается, с мячом работает, но вот азарта в глазах нет. Когда родился младший, сказал Руслану, что если он не хочет быть футболистом, то им станет Алан. Его такие слова злят, и он начинает более усиленно тренироваться.

- Появление ребенка отразилось на твоем графике жизни?

- Алан родился в Москве, и полтора месяца семья жила там. Прилетели в Хабаровск несколько дней назад. У него здесь что-то с внутренними часами случилось: он днем спит, а по ночам…  Накануне матча с «Химками» устроил очень веселую ночь.

 

Мечты сбываются дважды?

- Когда ты выходил в составе «СКА-Хабаровск» на поле во Владивостоке, тебя встречали свистом или аплодисментами?

- Во время первой игры, которую мы выиграли 2:0, были оскорбления. Когда я гол забил, кричали даже: «Ты бы так за нас играл!». Приятно такое слышать. Много нехорошего писали в Инстаграме, но я его стараюсь не читать.

Когда играли во Владивостоке второй раз, оскорблений уже практически не было. Видимо, поняли, что я теперь хабаровский.

- Ты говорил, что в Хабаровске сбылась твоя профессиональная мечта. Хочешь, чтобы она осуществилась второй раз?

- Я мечтаю об этом! И тем одноклубникам, которые не играли с нами в РФПЛ, говорю, что к этому надо идти. Это эмоции, которые ни с чем не сравнятся. Хочу еще раз их испытать.

- Помнишь ощущения от первого матча с «Зенитом»?

- Конечно! Полный стадион. Мы пока шли от раздевалки до поля, мурашки по коже бегали.  

- За три года жизни в Хабаровске уже появились свои любимые места?

- Набережная очень красивая. Ее при мне восстанавливали после наводнения. Я помню, какой она была и какой стала. Хабаровск, не побоюсь этого слова, стал для меня родным. И в отпуске или на сборах ловлю себя на мысли, что хочу уже быстрее в Хабаровск.

Беседовал Игорь МИРОШНИКОВ, Фото fcska.ru